October 8th, 2004

UE (Вена)

СЕГОДНЯ состоялась встреча с группой редакторов издательства Универсаль Эдитьон (УЕ) в Вене, ради которой и был составлен весь мой маршрут. Коллеги подготовились фундаментально: на фирменных бланках распечатали свои вопросы, принесли корректуры оркестровых материалов, уже прошедших оркестровые исполнения, и даже пытались дать мне новую работу, которую им заказали в Америке. С работой, к сожалению, вышел облом: это 108 страниц партитуры композитора Вольфганга Рима, написанной корявым мелким почерком. Набрать всё это требовалось к 27 октября. А ещё через месяц подготовить партии. И это только первая часть всего произведения: вторая и третья, как всегда, ещё не написаны - их обещали прислать в процессе делания партий. Короче говоря: 20 дней на 108 страниц адской работы в свободное от работы и от другой халтуры время. Это если бы за дело взялся лично я. Другой вариант был - отдать эту работу в "Композитор", и пусть бы они всем скопом делали. Однако я позвонил им, и оказалось, что весь коллектив "Композитора" зашивается с не менее срочным и не менее международным заказом. В общем, пришлось, кусая локти, отказаться.
Я к встрече не подготовился. Свои вопросы даже не записал на бумажке, так что пришлось их на ходу вспоминать. Диктофон для записи их ответов я, как всегда, взять поленился. Теперь жалею (лишь в одном я не оплошал - взяв пиджак с галстуком: в отличие от Нокии, тут всё чинно и благопристойно). В общем, сейчас буду по памяти пытаться всё записать, что они говорили, а потом выложу отдельным постингом в сообществе ру-нотоводство. В основном это касается принятой в УЕ практики производства нот и вопросов, связанных с этим.
Редакторский комитет УЕ состоит из четырёх человек: Хайнца Штольбы, с которым мы уже несколько лет тесно сотрудничали, Майк Бренайс, который гостеприимно сопровождал меня везде, отвечал на мои вопросы и кормил меня обедом, Джозеф Дюрек, бородатый и немного говорящий по-русски, и Томас Хайниш, который был инициатором того, чтобы дать мне упомянутую сумасшедшую работу Рима. Все они были очень рады моему появлению, ибо почему-то считали, что с моим уходом из "Композитора" там настал полный бардак. Я заверил их, что если даже в этом и была доля правды, то сейчас порядок полностью восстановлен, благодаря мистеру Огороднову - уж не знаю, где Димкин талант проявляется больше: в нотном наборе или в руководстве другими нотными наборщиками (как он стал нотным наборщиком, это я расскажу как-нибудь отдельно). Очень жаль, что ему, заварившему всю эту кашу с сегодняшней встречей, не удалось самому приехать - мне пришлось отдуваться за двоих.

Вена-Венеция

ТОННЕЛь-МОСТ, тоннель-мост. И всё это - на чёрти скольки метрах над уровнем моря. Ближе к семи часам вечера выезды из тоннеля перестали быть заметными, ибо на поверхности стало абсолютно темно. Только яркая белая полоса бежит слева от окошка. И редко-редко глубоко внизу россыпь огней какой-нибудь деревни. Незадолго до границы тоннели прекратились. В 19:30 вьехал в Италию, и снова пошли тоннель-мост, тоннель-мост. Только покрытие стало настолько мягким, что просто перестало чувствоваться. Как будто летишь. Впрочем, за удовольствие надо платить. Очень скоро на дороге появились турникеты, которые пропускают машину только после того, как возьмёшь из электронных лап билетик. Билетик красивый, и на нём много всего написано по-итальянски. Как мне обьяснили на заправке, его нужно будет оплатить при выезде с дороги. Впрочем, должен сказать, что после выезда из платной зоны качество покрытия ничуть не ухудшилось. И это справедливо даже для самых маленьких и второстепенных дорожек, по которым мне пришлось проехать.
А теперь, пардон, я неожиданно закончу: о том, как я в двенадцать ночи пошёл гулять "по каналам посребрённым", заблудился и выбрался из закоулков Венеции только к трём часам, я расскажу завтра, ибо сейчас уже вообще пять утра, а надо ещё хоть чуть-чуть поспать.

PS. Если кто не знает: завтра (сегодня) в пятницу (8 октября) панихида по Елизавте Петровне.