April 9th, 2010

78

От улыбки лопнул бегемот

Ответ на вопрос, почему в России люди не улыбаются (изначально спрашивалось, почему не улыбаются детям, но это как раз совершенно очевидно — потому что детям улыбаются и вообще замечают детей только педофилы), нашёлся неожиданно: наш человек, чтобы выжить, должен пройти соответствующую подготовку.

Много раз я уже слышал высказывания типа «На что тебе эта Финляндия? Вот в Петербурге там-то и там-то можно такие же и даже бóльшие деньги зарабатывать». Оставьте. Срать я хотел на ваши деньги. Я хочу улыбаться людям. И, да, детям.
Vecherom sinim

Helene Wanske

Самая толковая книга по нотной типографике, которую я когда-либо видел,— Helene Wanske. Musiknotation. Von der Syntax des Notenstichs zum EDV-gesteuerten Notensatz.— Mainz: Schott, 1988. Жаль, на немецком языке. Это как раз тот случай, когда взяв книгу в руки, ощущаешь острое сожаление в отсутствии знания этого языка и даже некий прилив сил для овладения оным. Экземпляр, который я получил сегодня с Амазона, явно был во владении некоего американца, который на многих страницах подписал карандашом перевод на английский язык немецких названий к нотным примерам и схемам. Это очень кстати, по крайней мере, на первых порах. Потому что догадаться, что Stiel это штиль, я смог только после того, как увидел карандашную приписку Stem :)

Из того, чего нет больше нигде: детальное описание алгоритмов нотного ранжира; вычисление углов наклона группировочных рёбер и вилок; длины штилей; правила записи унисонов и секунд в разных комбинациях; наклон и просветы у нотных головок; даже подробно расписаны пропорции у знака четвертной паузы, ключей, штрихов!

Очень кстати сюда приходятся цитированные на днях в сети слова Мусоргского о том, что «немец способен написать целый трактат о том, что Бетховен такую-то чёрненькую написал хвостом книзу, а не вверх, как это бы следовало по правилам; немец — раб признанного им гения, никак не может себе представить, что Бетховен за скорописью мог ошибиться и не обратить внимания на пустяк». Я готов на все сто согласиться с Мусоргским, когда речь идёт о композиторской скорописи. Мне не раз приходилось сталкиваться с подобными трактатами, и отнюдь не немецкого происхождения. Однако для процесса превращения рукописи в печатное издание, есть все основания для поиска закономерностей, изучения оснований и причин и последующего применения полученных знаний. И, похоже, в этом деле никто не продвинулся так далеко, как немцы.