February 2nd, 2011

«Мы не боимся»

А что это за мантры такие каждый день по радио «Маяк» передают, типа: «Я слесарь Иван Токарев. Когда я прихожу домой, меня встречает моя дочь. Она смотрит мне в глаза, и я не должен бояться. И я не боюсь». И каждый день — на разные лады.

Что, уже настолько очевидно страшно, что нужен такой аутотренинг?

Тайм-менеджмент

А есть какая-нибудь программа под айфон, которая коротко пикала бы каждый час (как раньше умели делать электронные наручные часы)? Или каждые пятнадцать минут? Или, ещё лучше, через 45 минут, потом через 15, потом снова через 45 и так далее. А то заводить каждый раз таймер на нужное число минут — довольно хлопотно. И звонит он слишком переливчато: мне достаточно одного короткого писка.

Ну или не под айфон.

Хоть кудо-нибудь.

Зарыбляйте водоёмы!

    Спичечные этикетки я начал собирать классе в четвёртом или пятом (т. е. в 1984-85 годах). Думаю, что научил меня этому, как и почти всему остальному, Олег. Всё происходило примерно так, как описывают британские коллекционеры Дэвид и Розмари ван дер Планк:
Our first source of supply was the gutter, and despite many other sources today, this still remains the most interesting. We well remember finding one of our first labels, it was a wet day in August, 1946. On a road leading down to the beach at Carbis Bay, Cornwall, a bedraggled matchbox lay floating in a puddle — a rescue — and then what fun! It was a Russian box written in Russian bearing a picture of a squirrel. We still have this specimen and we often wonder about its past history.

[Нашим первым источником была сточная канава, и хотя сегодня существует много других источников, этот остаётся наиболее интересным. Мы помним, как нашли свою первую этикетку, это было пасмурным августовским днём 1946 года. На дороге, ведущей к пляжу Карбис бей (Корнуолл), в луже плавал рваный коробок. Прыжок! И, о радость, у нас в руках русский спичечный коробок с русской надписью и изображением белки. Этот экземпляр до сих пор у нас в коллекции и мы часто фантазируем о его предыстории.]

David and Rosemarie van der Plank. The Match Label Collector’s Handbook. 1972
    В Ленинграде не было сточных канав, но были полуподвальные окошки с примыкающими к ним углублениями в тротуаре. Например, такие окошки были у здания ДЛТ (сейчас, после капитального ремонта, их заложили). Из-за дефицита урн на улицах нетерпеливые прохожие выбрасывали мусор именно в эти углубления. Там мы и черпали спичечные коробки. Разумеется, можно было покупать готовые коллекционные наборы спичечных этикеток в магазинах и киосках «Союзпечать», что мы и делали. Но наборы — у всех одинаковые, а найти в канаве каждому удавалось что-то своё. И именно это обстоятельство помогало поддерживать между нами здоровую конкуренцию.

    Среди тех, кому я демонстрировал свою коллекцию, самым благодарным зрителем был мой отец. Он всегда внимательно и с интересом просматривал все новые поступления. Однако обычно это закачивалось тем, что он мне сообщал:
    — Но вот одной этикетки у тебя нет.
    — Какой же?
    — Раньше, давно, была этикетка с надписью «Зарыбляйте водоёмы».
    И действительно, такой этикетки у меня не было.

    Лет через пять, когда количество экземпляров в моём альбоме дошло до двух тысяч, я постепенно потерял к этикеткам интерес и подарил всю коллекцию Юрику Воробьёву. Остались лишь несколько коробков, лежавших отдельно.

    А ещё через двадцать лет на финском кирпушнике я вдруг увидел у одной тётки альбом с финскими этикетками, и решил тряхнуть стариной.

    Да, так к чему я это всё? У меня теперь есть «Зарыбляйте водоёмы»! И даже в двух вариантах — на жёлтой бумаге и на голубой. Папа, смотри!