June 14th, 2018

espoo

Сравнение масштаба

В Нокии за пять лет службы давали лишнюю неделю отпуска, за десять лет — две недели.
В моей нынешней фирме за пять лет службы дают один выходной, за десять лет — три.
(Но конец их, полагаю, один.)

Четверг

Каждый день на работе у меня начинается с ожидания Димы. Это ожидание длится несколько часов, потому что он обычно приходит к обеду. Причём не просто к обеду, а так, что мы едва успеваем посетить какое-нибудь заведение перед концом обеденных скидок. В отличие от Димы, его сын Лёша приходит чуть ли не самым первым — наверное, в шесть утра. Когда он только пришёл к нам в качестве студента-практиканта, то ему начальство объяснило главное правило: не приходить на работу так же поздно, как и его папа,— и всё будет в порядке.

Как только Дима приходит на работу, мы бежим обедать. Иногда голод уже столь велик, что приходится звонить Диме и просить его поторопиться, или даже вовсе не приходить в офис, а сразу ехать в Sello (это торговый центр, где мы питаемся).

После обеда Дима обычно говорит: «хочешь, я тебе похвастаюсь, что я сделал? я до десяти вечера (вариант: до часу / до трёх часов ночи) вчера сидел. Или тебе не интересно?» Только очень чёрствый человек сможет признаться, что ему неинтересно, поэтому Дима тут же приступает к показу своих замечательных достижений.

Последние несколько недель достижения Димы — это дизайн кухни в питерской квартире родителей. Он сделал его на сервисе 3D-моделирования у гугла, и каждый день показывает, как продвинулся дальше. Часто одного зрителя ему недостаточно, и он зовёт Лёшу. «Лёша, ты не хочешь посмотреть, какая кухня будет у бабушки с дедушкой?» (Кстати, если потерять бдительность, то Дима может начать демонстрацию кухни сразу по приходе на работу, и тогда мы можем пропустить обед.) «Так ты же точно то же самое вчера показывал!» — говорит Лёша. «Как то же самое?!» — Дима задыхается от возмущения.— «Ты разве не видишь? Я прорисовал каждую кафельную плитку на стене, минимизировав количество распиленных плиток на стыках!» Мы с Лёшей переглядываемся и припоминаем, что когда выяснилось, что начальство считает Диму перфекционистом, он был не слишком этим доволен.

После работы мы с Юлей покупали пластиковые трубки для огорода в магазине Clas Ohlson. Эти трубки хорошо гнутся и их можно втыкать в грядки и натягивать на них сетку. Главный секрет их приобретения — это что они не выставлены в магазине, а запрятаны в глубине склада, и продавцы не знают о том, что у них есть такой товар. Поэтому важно правильно сформулировать, как выглядят эти штуки, чтоб они смогли отыскать их в своём компьютере, а затем и на складе.

Вечером сделал ноты трёх песен: одной ковбойской и двух — авторства Пахмутовой («Куба — любовь моя» и Песня о неизвестном друге). До конца сборника остался один номер (Домашняя песенка Гаврилина), которую я скопировал из сделанного несколько лет назад набора его же Собрания сочинений. Видимо, программа Finale посчитала это читерством и стала усиленно зависать при попытке отформатировать ноты этой песни — чуть только тронешь словесный текст. Кстати, именно работа со словесным текстом приводит к большинству зависаний. Придётся отложить завершение сборника на завтра. А так заманчиво было разделаться с ним уже сегодня.