Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

Последнее исполнение Всенощной

Помните, я показывал вам письмо М.Г.Климова, где он слёзно умолял государство выделить Капелле денег на одёжку и обувку детям, отправлявшимся в заграничные гастроли, объясняя, что им не то, что выступать, а и ходить не в чем? «Имеющееся на воспитанниках обмундирование не может быть признано годным не только для концертных выступлений на эстраде за границей, но даже и в обыденной жизни». И Ленсовет ходатайство это отклонил. Причём Климов отправил прошение 1 декабря 1927, ровно за месяц до отъезда на гастроли. А ответ с отказом датирован 23 декабря — то есть уже почти за неделю до отъезда.

Прождав и не получив ответа в течение 12 дней и догадываясь, что ответ положительным не будет, в отчаянии Климов придумывает следующее: организовать концерт, сбор от которого пойдёт на покупку одежды и обуви детям. И этим концертом стало последнее исполнение Всенощной Рахманинова в СССР на следующие пятьдесят с лишним лет.


Оригинал хранится в ЦГАЛИ СПб


«Закрытый вечер, без афиш и без объявлений»! Разумеется — Всенощную объявлять уже нельзя. И удивительно, что разрешение цензора получено.

На концерт продано всего 256 билетов по цене от 1,50 до 3,00 руб. Выручка составила 483 рубля. Это четверть капелльского зала. Но и четверть зала — удивительно, как можно наполнить без афиш и без объявлений. Для сравнения: на премьеру оратории Онеггера Царь Давид в сентябре того же года по городу было расклеено 575 афиш!

Хотя сумма выручки оказалась вдвое меньше той суммы, которую Климов просил у Ленгорисполкома, тем не менее, судя по фото, «обмундирование» детям всё-таки купили. Причём сделали это в недельный срок между концертом 25 декабря и отъездом на гастроли 1 января.


Январь 1928. Хор Капеллы в Берлине. Фото из архива семьи Кудрявцевых-Муриных


Надо сказать, что отдать сбор от концерта на детские нужды для Капеллы было не новым. Всем тем громким премьерам Капеллы Климова тех лет, о которых до нас сохранились сведения благодаря популярным рекламным книжкам — Пещное действо Кастальского, Царь Давид Онеггера, Песни Украины и Белоруссии, Песни Востока, Реквием Верди, Жизнь Месснера, Свадебка Стравинского, Страсти Баха, Царь Эдип Стравинского, всем им предшествовало аналогичное письмо с просьбой о разрешении концерта — в пользу школы Капеллы (или интерната Капеллы, что в то время было практически одно и то же).


ЦГАЛИ СПб



ЦГАЛИ СПб


Разумеется, сегодня сложно представить себе Капеллу, отдающую сбор со своих концертов «школе Капеллы» или «интернату Капеллы». Счастье, что нет такой нужды. Но несчастье, что нет ни «школы Капеллы», ни «интерната Капеллы». По крайней мере — с точки зрения Капеллы. Да и нынешнее Хоровое училище уже старается забыть, что когда-то оно было «при Капелле». И уж совсем непостижимым сегодняшним учащимся и их педагогам кажется, что когда-то они были не «при» Капелле, а самой, что ни на есть, Капеллой.
ruin

Вторник (Распущенные дети)

По просьбе К. искал свидетельства об отношениях с Капеллой Александра III. Освежил в памяти Записки о моей деятельности Леонтия Бенуа, архитектора Придворной певческой капеллы. И вот фрагмент (речь идёт о том моменте, когда новое здание уже было готово, и Капелла вселилась в него, и ожидали, что Император Александр III со дня на день приедет, чтобы осмотреть работу):
Меня очень беспокоило, что Капелла, находившаяся под управлением полупомешанного М.А.Балакирева, довела свое прекрасное помещение с новой меблировкой до неузнаваемости. Распущенные дети сделали невероятные вещи: изрезали все парты, забрызгали паркет чернилами и даже облили новые изразцовые печи! Так содержать здание невозможно. Как-то раз, в январе 1889, приехал граф Воронцов-Дашков, обошёл помещения и пришёл в ужас. Мне было предложено немедленно, елико возможно, всё очистить и привести в порядок.
Эти заметки — лишнее подтверждение того, что Смоленский, описывавший «подвиги» капеллан спустя 12 лет, вовсе не сгущал краски.

* * *

Получил от Я. ссылку на забавную страницу на портале «Образование в Санкт-Петербурге», где приводится краткое описание Хорового училища. Но самый смак — это отзывы, и их я не могу не привести целиком:



Нанятым хомячкам (хомя́чкам) забыли сообщить, что в заведении учатся только мальчики — в аннотации об этом ни слова.

И это, между прочим, не случайно. Два месяца назад, по словам зам. директора Училища, «один журналист написал жалобу в Росчтототамнадзор на дискриминацию по половому признаку: Комитет по культ[уре] дал распоряжение заменить слово „мальчиков“ на „детей“ в объявлении о приёме». Что забавно: потому что если уж верить в дискриминацию, то она проявляется вовсе не в объявлении о приёме, а в самом приёме.

* * *

Ну и теперь уже о самом Училище. На его официальном сайте есть страница, посвящённая истории заведения. Как это теперь у молодёжи принято говорить? «Я ору!» Вынося за скобки фактическую сторону статьи, хочется, чтобы ученик седьмого класса взял карандаш и попробовал подчеркнуть члены предложения в первой же фразе статьи. Подлежащее одной чертой, сказуемое двумя, определения волнистой и так далее. И стрелочки к зависимым словам. А когда он не сможет, я хочу, чтоб это попробовал сделать его педагог. А когда не сможет и он, хочу, чтоб автор статьи сказал, что он (она?) имел(а?) в виду.

Цитата 1: «Хоровое училище имени М.И. Глинки – старейшее профессиональное учебное заведение России, так в 1479 году с появлением малолетних певчих при Хоре Государевых певчих дьяков основанный указом Великого Князя московского Иоанна III тремя годами ранее, стала выстраиваться система профессионального музыкального образования, не имевшая себе равных на протяжении многих столетий и в значительной степени сохранившая свои достоинства и по настоящее время».

Цитата 2: «В 1944 году усилиями А.В. Свешникова, Художественного руководителя Хора мальчиков, Хоровое училище было переведено в Москву, своим переездом положившим основу Московскому Хоровому училищу, в настоящее время Хоровой академии имени А.В. Свешникова».

Цитата 3: «Возвращение в Ленинград части мальчиков и начало занятий в Училище произошло в 1946 году, причём, несмотря на своё название „Хоровое училище при Ленинградской академической Капелле“.»