Category: компьютеры

Category was added automatically. Read all entries about "компьютеры".

not

Коэффициент ранжира

Нотная программа, на полном ходу разрабатываемая фирмой Steinberg, добралась уже до реализации процедур ранжира (наша программа, конечно, далеко позади, но мы ведь и не соревнуемся в скорости). В блоге Дэниела Спредбери публикуются первые образцы работы этих процедур. Ниже — один из представленных там фрагментов. В сравнении даются гравированный вариант издания Edition Peters и компьютерный набор в программе Steinberg.





И вот тут есть, о чём поспорить. В варианте Steinberg коэффициент ранжира равен двум. Это означает, что место, занимаемое более крупной длительностью, ровно вдвое больше места, занимаемого её половинками. Это то, что Росс называет математически совершенным ранжиром, и что никогда в реальной практике не используется (кроме так называемой пропорциональной нотации, где действуют совсем другие принципы записи длительности).

В чём совершенство такого ранжира? Если обратить внимание на последний такт фрагмента, то в левой руке программа Штейнберга отранжировала все доли абсолютно одинаково, несмотря на то, что в правой руке одна доля состоит из единственной четвертной ноты, другая разбита четырьмя шестнадцатыми, третья двумя восьмыми и последняя содержит комбинацию восьмых и шестнадцатых. Все доли совершенно одинаковы. Очень удобно и предсказуемо. В варианте Петерса все доли отранжированы по-разному, в зависимости от того, что этим долям соответствует в правой руке.

Чем плох математически совершенный ранжир? Тем, что он создаёт излишний контраст между длительностями. Глаз уже достаточно хорошо воспринимает разницу в пространстве в 1,5 раза. Увеличение этой разницы приводит к невольному заострению ритма исполнителем, удлинению длинной ноты и укорачиванию короткой. Стандартный коэффициент для математически несовершенного ранжира (применяемого повсеместно) обычно колеблется в промежутке между 1,4 и 1,6. Меньший из них рекомендован Россом, больший применяется по умолчанию в Finale.

В цитируемом фрагменте в издании Peters применён коэффициент 1,4 (он варьируется у соседних нот), а у Штейнберга — 2:

PetersSteinberg

Причём, если обратить внимание на следующую иллюстрацию из блога Спредбери, то становится заметно, что коэффициент 2 получается только при растягивании всей строки по формату. В начальном варианте коэффициент ранжира, хотя тоже довольно велик (1,61), но меньше, чем в растянутом:






Это совсем странная особенность. Ведь коэффициент ранжира должен по идее оставаться одинаковым, независимо от того, на какую ширину полосы растягивается материал. Изменение коэффициента при выключке по формату может свидетельствовать о том, что выключка рассчитывалась вручную. Как раз об этом пишет Спредбери, объясняя, в каком выигрыше оказывается пользователь компьютера по сравнению с гравировщиком нот вручную: «Одна стратегия [при гравировке вручную], например, заключается в нахождении самых длинных нот и добавлении одинакового дополнительного пространства только к ним <...> Разумеется, для компьютера не составляет сложности добавить мельчайшие дробные доли промежутка ко всем вертикалям системы» (перевод мой). То есть, согласно иллюстрации, программа Штейнберга пользуется скорее первым методом, нежели вторым. Ранжир при этом приблизился к математически совершенному, но стал менее совершенным в качественном смысле.

Надеюсь, в процессе работы над программой в Штейнберге пересмотрят этот алгоритм или хотя бы добавят возможность выбрать свой коэффициент ранжира. Ну а мы намотаем на ус.
Злое чучело

Finale Mac -> Win

Служба технической поддержки Finale с каждым разом становится всё хуже и хуже.

В настоящий момент я обратился к ним с проблемой, что в файле Finale, перенесённом с Мака на Винды, некорректно отображаются специфические немецкие символы ä, ö, ü и ß.

Первым делом чувак из Finale осведомился о моих серийных номерах (кои и получил), а затем спросил, не ругается ли моя программа при открывании этого файла.

Нет, не ругается. Она не ругается даже тогда, когда я её об этом прошу при помощи комнады Document > Data Check > Convert Text for Windows. Эта замечательная команда вызывает появление вопроса: «This file is already marked as being encoded for Windows. Do you want Finale to assume that the text is currently encoded for Macintosh and encode the text for Windows?» на что я с готовностью отвечаю «Yes». И ничего не меняется.

Тогда, говорит чувак, у вас, наверное, не установлен в системе тот шрифт, который используется в файле. Попробуйте поменять шрифт.

Пробовал, не помогает.

Тогда, говорит он, тот, кто вам дал этот файл, должен поменять шрифт у себя на Маке и снова дать вам файл.

Ага, говорю. А на что он его должен поменять?

Finale, отвечает он, не работает с юникодовскими шрифтами. Шрифт должен быть Тру-тайп.

В этом месте я тихо прихуел и постарался поскорее свернуть беседу. Даже извинился перед ним, что они не смогли мне помочь. Я уже давно понял, что производители Finale ни грамма не смыслят в музыке. Оставалась маленькая надежда, что они хотя бы разбираются в компьютерах. Пустое.
now

«Кто там?»

(Навеяно рассказом и комментарием martikа).

    Был у меня такой случай лет пятнадцать назад. Работал я с одним мужиком, Дима его звали. Интернета тогда не было и файлы друг другу на дискетах носили (ага, на пятидюймовых). А работали каждый у себя дома. И вот договорились мы с Димой, что он завезёт мне дискету. И я забыл об этом благополучно.
    Вдруг, около полуночи — звонок в дверь. Кроме меня дома — мама и бабушка. Спят уже. Я, типа, за мужика. Иду к двери, спрашиваю: «Кто там?» В ответ: «Телеграмма!» Гм. Я ему и говорю: «Опустите в почтовый ящик», и пошёл дальше своими делами заниматься. И забыл уже про это.
    Минут двадцать прошло, опять звонок в дверь. Иду к двери, спрашиваю: «Кто там?» Оттуда раздаётся сердитое: «Долго мне тут стоять? Ты что, издеваешься?» Это, типа, Дима так пошутить решил, а я ни голоса его не узнал, ни про договорённость нашу не вспомнил…