Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

Москва

В Москве очень красиво. (Нюансы не в счёт.) Она выглядит, как мировой современный старинный город.

Максим всю ночь готовился к экзамену: приводил в порядок своё сочинение. У него последний курс, и на этот раз требовалось сочинение для симфонического оркестра. На экзамене нужно представить партитуру и электронную фонограмму. Сочинение было готово уже давно, но на днях часть работы пропала (наша любимая программа Finale «взбрыкнула копытом» и «аварийно вышла». После этого Максиму было предложено восстановить файл, а он из-за неважного знания английского нажал кнопку «Discard» и всё потерял. Коллеги-музыканты, учите английский!)

Не всё удалось успеть. Но когда экзамен начался, мы всё-таки были вынуждены выйти из дома (пока принимали сочинения предыдущих студентов). Несмотря на недоделки, Максим получил заслуженную пятёрку. Теперь нужно будет вылизать партитуру до блеска, и в марте её исполнит живой оркестр.

Таксист Ахмед (из Убера) на вопрос, а почему мы поехали так, а не эдак, ответил: «Я понятия не имею, где я и куда еду. Как навигатор показывает, так и еду. Это раньше, в советское время, таксисты всё знали. А теперь понаехали такие, как я, и ничего не знают».— «Так вам навигатор скажет на луну улететь, и вы улетите!» — «На луну не скажет». Но надо отдать должное Ахмеду: он вёл машину очень грамотно и слушался навигатора тоже грамотно (в отличие от Петербургских таксистов, с которыми просто беда). Ну и ещё у него в машине звучало «Эхо Москвы», так что всяческий респект и уважуха Ахмеду.

Студенты в Гнесинской академии музыки все очень эрудированные и интеллигентные. Из услышанных обрывков разговоров: «Очень нравится поздний романтизм! Респиги — просто отпад. У него оркестровка — жесть. А начинаешь слушать, и, сука, хорошо звучит!»

«Победа»

Все ругают «Победу». Поругаю и я.

Месяц назад у меня были куплены билеты в Екатеринбург. Билеты дешёвые, а потому с пересадками. В ту сторону с одной пересадкой (в Москве), а обратно с двумя (в Москве и в Риге). Лететь завтра.

Так вот сегодня утром мне присылают письмо с напоминанием и предложением зарегистрироваться на рейс. А ещё через два часа ещё одно письмо — о том, что рейс Хельсинки-Москва отменён. И мне предлагается лететь днём позже. Или получить назад деньги за отменённый рейс.

Всё это замечательно. Но лететь днём позже я не могу. Потому что следующий рейс из Москвы у меня завтра, а не послезавтра. И его мне никто не перенесёт. А деньги назад мне тоже не помогут, поскольку я на них не куплю никакой билет до Москвы.

Но на это «Победа» ответила: «Извините, но мы ничего не можем сделать. Если бы вы бронировали свои стыковочные рейсы через нас, то мы бы их тоже поменяли. Но так мы можем передвинуть или вернуть деньги только за этот конкретный рейс».

А все мои стыковочные рейсы бронировались через сервис «Купибилет». Кстати, сперва я пытался это сделать через сервис Тёмы Лебедева, который тот постоянно у себя рекламирует. Вот отдельно убил бы. Потому что находишь билеты, заполняешь все данные о себе, о своей кредитке, а при нажатии кнопки «Оплатить» система отвечает: «Извините, цены на билеты изменились. Возможно, это связано с изменением курса. Забронируйте всё заново». И я трижды проделывал всё это заново, с заполнением всех данных и с обломом в конце. Так что Тёмина система бронирования — отстой.

И «Купибилет» тоже отстой. Когда я сообщил им, что один из рейсов цепочки отменили, то они создали для меня запрос на изменение маршрута и обещали в течение часа сообщить, что им удалось найти. Дело-то срочное, лететь уже завтра. Но через час никто ничего не сообщил, и я позвонил им ещё раз. Они снова пообещали в течение часа сообщить мне о результатах, потому что дело-то срочное. Затем я занялся и проверил наличие результата только через два часа. Снова ничего не было. Позвонив им в третий раз, и услышав про «в течение часа», я обрушил на них всю полноту своего красноречия. И, о чудо, ответ прислали через пять минут.

Но в этом ответе предлагалось примерно то же, что предлагала и сама «Победа»: либо они перенесут рейс на следующий день (вместе с пристыкованным к нему следующим рейсом), либо вернут деньги за эти два рейса. А что мне делать со следующими тремя? А ничего. Они пропадут.

И тогда я придумал: а что если вылететь не на день позже, а на день раньше? Предложил им это, и, о чудо! они согласились. Но для этого нужно было уже пулей бежать из дома прямо сейчас.

Так что всё получилось — но уже без «Победы». Новый рейс — на «Аэрофлоте». («Победа», правда, ожидает меня на следующем рейсе, если, конечно, и его внезапно не отменят.)

Из хорошего: за счёт этого вырисовался лишний день в Москве. И лишняя ночь. Меня любезно пустил к себе мой шестиюродный внук Максим fa, у которого завтра экзамен по композиции, и он всю ночь пишет партитуру, чтоб успеть закончить сочинение. Он доволен, поскольку обычно ему приходится меня вызванивать по скайпу, чтоб обсудить сложные моменты, а теперь я тут же рядом.
ruin

Вторник (Распущенные дети)

По просьбе К. искал свидетельства об отношениях с Капеллой Александра III. Освежил в памяти Записки о моей деятельности Леонтия Бенуа, архитектора Придворной певческой капеллы. И вот фрагмент (речь идёт о том моменте, когда новое здание уже было готово, и Капелла вселилась в него, и ожидали, что Император Александр III со дня на день приедет, чтобы осмотреть работу):
Меня очень беспокоило, что Капелла, находившаяся под управлением полупомешанного М.А.Балакирева, довела свое прекрасное помещение с новой меблировкой до неузнаваемости. Распущенные дети сделали невероятные вещи: изрезали все парты, забрызгали паркет чернилами и даже облили новые изразцовые печи! Так содержать здание невозможно. Как-то раз, в январе 1889, приехал граф Воронцов-Дашков, обошёл помещения и пришёл в ужас. Мне было предложено немедленно, елико возможно, всё очистить и привести в порядок.
Эти заметки — лишнее подтверждение того, что Смоленский, описывавший «подвиги» капеллан спустя 12 лет, вовсе не сгущал краски.

* * *

Получил от Я. ссылку на забавную страницу на портале «Образование в Санкт-Петербурге», где приводится краткое описание Хорового училища. Но самый смак — это отзывы, и их я не могу не привести целиком:



Нанятым хомячкам (хомя́чкам) забыли сообщить, что в заведении учатся только мальчики — в аннотации об этом ни слова.

И это, между прочим, не случайно. Два месяца назад, по словам зам. директора Училища, «один журналист написал жалобу в Росчтототамнадзор на дискриминацию по половому признаку: Комитет по культ[уре] дал распоряжение заменить слово „мальчиков“ на „детей“ в объявлении о приёме». Что забавно: потому что если уж верить в дискриминацию, то она проявляется вовсе не в объявлении о приёме, а в самом приёме.

* * *

Ну и теперь уже о самом Училище. На его официальном сайте есть страница, посвящённая истории заведения. Как это теперь у молодёжи принято говорить? «Я ору!» Вынося за скобки фактическую сторону статьи, хочется, чтобы ученик седьмого класса взял карандаш и попробовал подчеркнуть члены предложения в первой же фразе статьи. Подлежащее одной чертой, сказуемое двумя, определения волнистой и так далее. И стрелочки к зависимым словам. А когда он не сможет, я хочу, чтоб это попробовал сделать его педагог. А когда не сможет и он, хочу, чтоб автор статьи сказал, что он (она?) имел(а?) в виду.

Цитата 1: «Хоровое училище имени М.И. Глинки – старейшее профессиональное учебное заведение России, так в 1479 году с появлением малолетних певчих при Хоре Государевых певчих дьяков основанный указом Великого Князя московского Иоанна III тремя годами ранее, стала выстраиваться система профессионального музыкального образования, не имевшая себе равных на протяжении многих столетий и в значительной степени сохранившая свои достоинства и по настоящее время».

Цитата 2: «В 1944 году усилиями А.В. Свешникова, Художественного руководителя Хора мальчиков, Хоровое училище было переведено в Москву, своим переездом положившим основу Московскому Хоровому училищу, в настоящее время Хоровой академии имени А.В. Свешникова».

Цитата 3: «Возвращение в Ленинград части мальчиков и начало занятий в Училище произошло в 1946 году, причём, несмотря на своё название „Хоровое училище при Ленинградской академической Капелле“.»
not

Новое в мире науки

Готовятся к защите следующие интересные диссертации (по ссылкам открываются авторефераты в PDF):

Мичков Павел Александрович. Системы поиска музыкальной информации. Новосибирск, 17.00.02, 2015 г.
Дата защиты: 2015-06-19; Место защиты: Новосибирская государственная консерватория им. М. И. Глинки.

Гринченко Инна Викторовна. Хоровая миниатюра в русской музыкальной культуре: история и теория. Ростов-на-Дону, 17.00.02, 2015 г.
Дата защиты: 2015-06-24; Место защиты: Ростовская государственная консерватория им.С. В. Рахманинова.
now

Перевод фольклорных названий

Вдруг кто-то не ходит в ru_translate, для тех продублирую вопрос у себя в журнале.

Для нотного сборника нужно перевести заголовки народных песен (сами слова песен переводиться не будут, их дадут транслитом).

То, что у меня получилось, немножко отдаёт ковбойскими мотивами. Может быть, это и не страшно. В любом случае, буду благодарен за правку опытных коллег.

Саратовские частушки — Saratov Chastushkas
1. Голосовая («Заболела, заболела Маруси головка») Петровского уезда Саратовской губ. Слышана незадолго до войны 1914 г.— Voice Song (“Marusia’s got a headache”) of Petrovsky uiezd, Saratov guberniia Heard shortly before the War of 1914
2. Батрацкая («Щи я пролил») — Farmworker Song (“I’ve spilled stchi”)
3. Уличная («Милый мой по Волге плавал») — Street Song (“My sweet was floating down the Volga”)
4. Рекрутская («Меня молодца забреют») — Recruitment Song (“I’ll be shaven to the army”)
5. Уличная («На мосту вечор сидела») — Street Song (“I was sitting on the bridge last night”)
5 bis. Уличная («Она меня так и сяк») — Street Song (“She treats me this way and that way”)
6. Уличная («Мой муж свинопас») — Street Song (“My husband is a hog-ward”)

Семь русских песен — Seven Russian Songs
1. Плясовая («Молодка») — Dancing Song (“A young girl”)
2. Свадебная («За горою») — Wedding Song (“Behind the mountain”)
3. Свадебная («Молодой дружкó») — Wedding Song (“Young friend”)
4. Протяжная («Сады мои») — Lyrical Song (“My gardens”)
5. Протяжная («Головушка моя») — Lyrical Song (“My poor head”)
6. Песня-романс («Как на небе чисто») — Song-Romance (“What a clear sky”)
7. Свадебная («Не пора ли нам, братцы») — Wedding Song (“Isn’t it time, my brothers”)

Ой да ты калинушка — Hey Thou Nice Little Snowball-Tree
78

Следующий раз

А если бы какое-нибудь издательство решило делать ноты для Олимпиады, то всё происходило бы так.

Суббота, 22 февраля, вечер. Завтра Торжественное Закрытие. Но это там, в Сочи. А тут, в Петербурге, хоть и суббота, но весь нотный отдел в сборе. Нет, про Олимпиаду мы уже давно забыли, потому что всё давно сделано и отдано заказчику, тысячный детский хор с Гергиевым ещё в январе записал фонограмму, а теперь неделю сидит в Сочи и репетирует выходы, взмахи и хлопки.

А мы сидим на работе, потому что делаем партии для оперной постановки в Амстердаме (премьера через две недели, а автор принёс материал только вчера; последнее действие ещё не дописано) и одновременно верстаем полное собрание сочинений Слонимского для выставки во Франкфурте. Выставка только через месяц, но в собрании шестьдесят четыре тома.

Из открытой двери нотного отдела валит пар. От компьютера с "Косынкой" отходит главред с кружкой в одной руке и сигаретой в другой. Он специально приехал в субботу, чтобы подбадривать остальных. Оглядывает помещение, принимает озабоченный вид, говорит: "Мы не успеем сделать партии". Щёлкает зажигалкой. Директор в Сочи, поэтому можно курить в помещении.

Междугородний звонок. Звонит директор издательства из Сочи. Почему звонит не на мобильный? Ах, ну да, я же его выключил, чтоб никто не отвлекал.
— Петечка, какое счастье, что ты на работе!
Какое несчастье, что я забыл выключить настольный телефон.
— Что случилось, Самюэль Мануилович?
— Петечка, у нас че-пэ. Валерий Абисалович просит срочно напечатать ещё три произведения для завтрашней церемонии.
— А зачем? Ведь всё уже спето и записано!
— Петечка, здесь сломался магнитофон, поэтому они будут петь вживую.
— Что? Какой магнитофон? Мы в каком веке?
— Вжи-ву-ю! Я не знаю, что у них там сломалось!
— Ну хорошо, так пусть споют то, что уже выучили, зачем новое-то городить?
— Петечка, весь ужас ситуации состоит в том, что они это не споют.
— Как не споют, ведь спели же уже?
— Не спо-ют. Ты знаешь, сколько недель они записывали эту фонограмму? Там сплошная химия. Они это спеть не-мо-гут. К счастью, здесь оказались *** и ***, и Валерий Абисалович попросил их написать три новых пьесы, совершенно простые. Их спою даже я.
— Ктоооо? Гергиев заказал им музыку для Олимпиады???
— Петечка, у него не было другого выхода. Его кругом подставили. Ну и к тому же, их все знают и любят.
— Угу. Все.
— Петечка, скажи мне. Ведь мы сможем это сделать?
— А какой объём?
— Сейчас я дам тебе администратора Валерия Абисаловича, Олечку, она тебе всё объяснит.

Трубку берёт девушка. Олечка. Спрашиваю:
— Вы можете прислать мне PDF?
— Что прислать?
— Ну, ноты, которые надо набрать. В каком они у вас виде?
— А, ноты. Сейчас посмотрю. Тут папка. В ней тетрадь большого формата. Толстая.
— Мне нужно знать объём и состав оркестра для каждой пьесы.
— Состав? Ну... списки оркестрантов не у меня. А зачем вам? Мы сами на ксероксе напечатаем, сколько нужно копий.
— Хорошо. Сколько там дерева, сколько меди в рукописи?
— Дерево??? Папка пластиковая. Тетрадь на пружинке... железной.
— Ладно. Понял. Вы можете сосчитать горизонтальные полоски на первой странице? Или нет. Как вы вообще собирались нам всё это пересылать? У вас есть сканер? или факс?
— Нет, у нас тут ничего нет. Но мы можем зафотать каждую страницу и выложить фотки в контакт.
— Хорошо. Пришлите мне прямо сейчас фото первой страницы и сообщите точное количество страниц. Только не надо в контакт. На почту.

Через минуту снова звонит дядя Сэм. Ну, в смысле, Самюэль Мануилович. Одновременно приходит письмо с фоткой и цифрами.
— Ну что? Как ты думаешь, мы справимся?
Держу ухом трубку, руками на клочке бумажки делю и умножаю в столбик.
— Так... Самюэль Мануилович... Если это делать втроём и начать прямо сейчас, то к семи утра закончим. Но при этом — ни есть, ни спать, ни пописать.
— Петечка, ты гений! Начинайте! В восемь репетиция, они как раз успеют отксерить партии.
— Подождите, подождите, а кто делать-то будет? Все заняты по горло. Вон, Эрнеста Иосифовича спросите — он только что сказал, что мы не успеем сделать партии.
Главред отрывается от пасианса за своим компьютером и подтверждает: — Не успеем!
— Вот. Слышали?
— Петечка, я тебя умоляю. Найди кого-нибудь. Может, у тебя дети согласятся? Мы заплатим любые деньги! Слышишь? Любые деньги.
— Дети заняты. Внукам бы поручил, но они сейчас в хоре, в Сочи. Ладно, я попробую кого-нибудь найти.
— Всё, Петечка, действуй! Если что-то нужно, звони в любое время.

Тем временем по пять штук в письме продолжают приходить фотки рукописи цвета носовой слизи.

Кого позвать? Кого позвать? Все, кто хорошо и быстро умели делать, — либо давно разъехались, либо занимаются чем-то другим. Либо и разъехались и занимаются. Либо они уже сидят со мной в одном помещении, и на них лучше не дышать. (Главред не в счёт.)

Выбор складывается такой: Слава в Германии, Ефим в Израиле и Вова в Мексике. Вернее, не выбор — привлечь-то надо всех троих. Вову лучше всего, потому что у него сейчас день. А остальных придётся будить.

Начинаю со Славы.
— Слава-привет-как дела-ты-можешь-к-утру-набрать-50-страниц-партитуры-и-извлечь-42-партии?
Молчание.
— Слава?
— ...подожди, я записываю...
— Не надо записывать, я сейчас тебе всё пришлю.

Начало хорошее. Осталось двое. Две пьесы, два выстрела. Не промахнуться.
— Фима, привет! Тут такое дело, срочно нужна твоя помощь, никак иначе не выкрутиться.
— Что надо?
— Нужно набрать партитуру... всего 47 страниц. И партии извлечь.
— Ладно, пришли на следующей неделе, я посмотрю.
— Нет, Фима, погоди. Это сейчас надо. Прямо сейчас. К утру.
Молчание.
— Фима? Ты записываешь?
— Ничего я не записываю. Это что, для Сэма, что ли?
— Нет, с чего ты взял? Это для Гергиева.
— Понятно, значит для Сэма. Нет, не буду. Даже не уговаривай.
— Погоди, послушай! Сэм, то есть, Гергиев, любые деньги обещал.
— Да какие деньги, ты что, забыл, как мы познакомились?
— Эх, ну кому я теперь этого *** отдам на ночь глядя...
— Кого-кого? Это правда ***?
— Да. Только сегодня написал.
— Блин, что ж ты сразу-то не сказал. Давай шли скорее, я сделаю.

Фуууф. Ну и последняя.
— Вова, привет! Что делаешь?
— На репетицию еду.
— На репетицию? А у вас уже воскресенье или ещё суббота? Впрочем, какая разница, всё равно, вроде, выходной должен быть?
— Даа, обычно выходной. Но завтра праздник, коррида, представляешь, сам мэр написал два пасадобля, мне дали сделать аранжировку, и завтра мы их играем, так что надо отрепетировать.
— Два чего, бля?
— Пасадобль. Танец такой.
— А, понятно. Слушай. А нельзя отменить репетицию?
— Ты шутишь? А ради чего?
— Нужно срочно к утру (то есть, для тебя — к вечеру) набрать партитуру... 64 страницы на 44 партии. И извлечь партии, соответственно. Ударных много. Хоровые партии я сам сделаю.
— А денег сколько дают?
— Сколько скажешь.
— Ладно, подожди на линии, я что-нибудь придумаю. (Пару минут звучит музыка пасадобля, в паузах телефон говорит что-то женским испанским голосом.) Ну, я договорился. Присылай материал.
— А как же мэр?
— Я сказал ему, что если исполнять его пасадобли на завтрашнем празднике, то они затеряются, и предложил, чтоб он написал ещё десяток, а мы потом устроим фестиваль пасадоблей исключительно в его честь. Он был совершенно счастлив.

Работа закипела. Я пишу скрипт, который высвечивает "градусник" с прогрессом и примерное время окончания работы. Каждый участник нажимает кнопку, когда заканчивает набор очередной страницы. Цифры растут. Пока укладываемся.

Скайп. Звонок из Германии. Слава на линии.
— Петя, у меня тут такой вопрос. Имеет значение, каким способом мы это набрали?
— Ммм... нет, наверное. А в чём подвох?
— Дело в том, что я не хотел слова для вокальной строчки вбивать и погуглил, может они в интернете есть. В результате нашёл не только слова, но и всю партитуру. Нота в ноту совпадает. Только автор стоит не ***, а ###. Ну, это я исправлю, а так, получается, можно ведь уже партии извлекать, да?
— Слава, погоди. Так не может быть. Эту музыку только сегодня написали по просьбе Гергиева. Тут какая-то ошибка. Можешь прислать мне ссылку на то, что ты нашёл? Я спрошу у дяди Сэма, что с этим делать.

Звоню в Сочи.
— Самюэль Мануилович, вот такая ситуация, что делать?
— Петечка, сейчас я тебе дам Олечку, задай ей все остальные вопросы, какие у тебя есть, а я пока постараюсь найти Валерия Абисаловича. Ты представляешь, он уже третью ночь на ногах, третью ночь на ногах... (удаляется.)

Я не спрашиваю у "Олечки", зачем в партитуре теноровая и басовая строчки (ведь в Сочи только детский хор, да?), не спрашиваю, как на фортепиано исполнить созвучие из семи секунд на расстоянии квинты каждая следующая от предыдущей, не спрашиваю, где искать недостающие доли в тактах и куда деть лишние. Расспрашиваю её про олимпиаду, заполняя ожидание до получения ответа на главный вопрос: что мы вообще делаем.

Дядя Сэм возвращается.
— Петечка. Ра-ди-бо-га извини. Ра-ди-бо-га. Ничего делать не нужно. Всё. Валерий Абисалович сказал, что магнитофон нашли, так что новые номера петь не будут. Пожалуйста, извинись от меня перед своими людьми и пообещай, что мы о-бя-зательно их пригласим в следующий раз.

PS. Все имена и события в истории вымышлены, все случаения совпайны.

Направление штилей

Я считаю, что никакого криминала нет в том, чтобы развернуть эти две ноты штилями вниз. В результате нам не нужно раздвигать строчки, сажая бедную акколаду на шпагат, и фраза выглядит цельной.

Radan Varrella

Начнём с того, что я три раза сказал «блядь». Первый раз я сказал «блядь», когда весь больной вышел из дома в пургу, доковылял до стоянки и обнаружил, что там нет машины (естественно, нет! ведь вчера я оставил её около магазина, тоже недалеко от дома, но в противоположном направлении). Второй раз я сказал «блядь», когда поскользнулся на льду, припорошённом снегом. И ведь если б упал и сломал хребтину, то никто бы мне не помог, потому что идиотов вокруг больше не было. Впрочем, нет: была одна цыганка в бархатной юбке, которая пыталась выкопать из сугроба свою машинку и, вроде бы, тоже говорила «блядь» — но на своём, цыганском наречии. Третий раз я сказал «блядь», когда на лесной тропинке, по которой хотел сократить путь, провалился под метровый слой снега.

Вы спросите, что же заставило меня совершить все эти подвиги и трижды сказать «блядь»? Я отвечу. Юля позвонила из магазина и сообщила, что потратила всю наличку, которая была отпущенна ей на шоппинг, и поэтому мне необходимо срочно приехать. Потому что если я не приеду, то я останусь без книги про паровозики, станции, железные дороги, старые карты и так далее. Ой-ой! Я даже не стал брить морду, и помчался скорей. Остальное вы знаете.

В общем, книга называется Radan Varrella. Suomen rautatieliikennepaikat. Автор Jussi Iltanen. Издательство Karttakeskus, 2009 год. На 432 страницах цветные фотографии и копии старинных фотографий и карт всех железнодорожных станций Финляндии, включая Ленинградскую область (от С.-Петербурга и севернее), Выборг, Карелию, и так далее. Словом, все дороги, которые строили финны. Ну как?

Collapse )